Наемник Его Величества - Страница 126


К оглавлению

126

Потом был болезненный спуск, когда каждое движение грозит злым неистовством поселившихся в ране демонов и новыми травмами, торопливые поиски внизу. Зверь нашелся у самого фундамента дома, у остатков размолотого еще в первый штурм Фиора каменного крыльца. Его почерневшее тельце с выпавшей кое-где шерсткой и неестественно, мертво скрюченными лапками чуть не заставило К'ирсана взвыть от ненависти. Эта картинка стала первым потрясением, пробившим ледяную стену отчуждения, которая отгородила человека от остального мира.

Но Ночной Прыгун был жив. Встав на колени и погрузившись в глубокий транс, Кайфат ощутил слабые, едва заметные токи жизни, так и норовившие уступить напору Смерти. И уж этого ученик Шипящего позволять никак не собирался! Умело играя с каналами энергий, он где-то их расширял, где-то насыщал Силой, а где-то и сдвигал в сторону… Хозяин постоял так над своим слугой, отрешившись от всего вокруг, минуту, а может две или три, но когда он открыл глаза, рядом стояли люди, а совсем рядом, протяни руку и коснешься, стоял король. Кто-то почтительно, но не слишком грамотно шептал:

— … он это, вашество! Он! Уж я-то видел, как он с Наказующим схлестнулся на крыше. На мечах рубились, молниями хлестались…

К'ирсан, не отрывая взгляда от покрасневшего, распаленного лица государя, тягуче медленно встал и коротко поклонился:

— Мой король…


ГЛАВА 23

Невнятные предчувствия теребили Гелида с самого утра, отвлекая от тяжелой рутины планирования его первой настоящей войны. Молот, с которым он теперь не расставался, едва заметно дрожал, испуская волны беспокойства, пробуждая детские кошмары и возвращая в те времена, когда еще просто Его Высочество, сжавшись в клубок и обняв верного тряпичного шестилапа, глухо шептал молитвы богам о защите. Вечно сменяющиеся фавориты королевы-матери, норовящие стать правящими супругами, рассматривали сопливого мальчишку как досадную помеху собственным планам. Детство осталось в памяти короля нескончаемой вереницей страхов и уплывающих за Грань лиц верных телохранителей. Добродушный усач Гвидо, выпивший яд из чашки маленького принца… Багровое острие наконечника арбалетного болта, смертью проклюнувшееся в спине сердитого Эриса… Много лиц, смазавшихся в памяти под напором времени, и много смертей, вымостивших расплывающуюся гать сквозь болото придворных интриг. Возвращаться к этим воспоминаниям не хотелось.

В какой-то момент король чуть было не смалодушничал и не убрал могучее и древнее, как человек, оружие подальше. Ведь что может быть проще: снял с пояса и спрятал в уже подобранный для этого футляр, приставив четверку верных гвардейцев. Не поддался искушению, устоял!.. Потому и жизнь сохранил.

Все произошло сразу по окончании встречи со штабом, когда он шел по узкой галерее мимо застывших истуканами Алых и Черных щитоносцев, похлопывая рукой в перчатке по навершию Молота и ощущая нарастающие покалывания. Внезапно тишина вокруг взорвалась звоном осыпающегося стекла. Широкие окна галереи, забранные не слишком чистым стеклом — признаком богатства и успешности хозяина дома, чудом уцелевшим за все время военных игрищ вокруг Фиора, — теперь мстили людям жалящими брызгами осколков.

Ошалевший и ничего не соображающий от неожиданности случившегося Гелид вместо естественного порыва сжаться в комок, закрывшись руками, или на худой конец рвануть вперед, убегая от опасности, через краткий миг осознал себя с занесенным в замахе Молотом, словно приготовившимся разить врага. Как он извлек тяжелое оружие, молодой правитель не помнил. Или же Молот сам ткнулся в руку, выскочив из петли? Да и кого он вообще собрался разить?!

Ответ на последний вопрос не заставил себя ждать. Мягко хрустнуло стекло под ногами запрыгнувших внутрь серых теней, и смерч кровожадной магии ударил по бросившимся на защиту короля гвардейцам. Верные своему монарху бойцы кинулись на помощь, едва только звуки разбившихся стекол всколыхнули этот сонный день. И именно их жизни стали платой за необходимые Гелиду секунды. Прямо на глазах короля гвардейца с алым щитом, невзирая на защитные амулеты, выгнуло дугой, и все кости будто зажили собственной жизнью, начав раздирать тело изнутри. Солдат умер молча, не успев даже осознать собственную гибель: треск костей, тяжелый удар падающего тела, и все, человеческая душа покинула оковы плоти. Сзади происходило нечто подобное, но Гелид уже окунулся в загрохотавший ритм магии Молота. Сухим порывом обожгло кожу, и вот уже искрящееся копье энергии ударило в убийцу. Огненное зарево до потолка, сорванная магией плоть, и только темный призрак скелета, в секунду истлевший в огне, застыл перед взором.

Не давая опомниться, Молот, будто по собственной воле, развернул хозяина назад, чтобы смахнуть тучу атакующих морозных игл. Шипение, волны перехватывающего дыхание пара и ветвящаяся молния, сорвавшаяся с навершия Молота. Новая жертва оружия великого предка смялась, словно под ударом каменной дубины тролля, и отлетела к самому входу галереи.

Воздавая хвалу многочисленным защитным амулетам, этому последнему бастиону, за стенами которого притаилась драгоценная жизнь монарха и только благодаря которому Гелид устоял перед жалкими отголосками творимой волшбы, и не переставая проклинать демонов и слепого Орриса, не видящего мерзкого непотребства под самым носом, молодой Ранс выпрыгнул из разбитого окна. Задрожал слабенький амулет левитации, и человек мягко спланировал на землю с высоты двух с лишним саженей. Оглянувшись, король увидел, как в проеме появилась новая фигура в маске и, взмахнув руками, послала в него очередной чародейский подарок. Тонко, по-мальчишески заорав, король ударил Молотом, щедро плеснув Силы. Поток энергии смел изощренное заклятие врага и вонзился в серый камень крытого прохода. По стенам пошли волны, здоровенные булыжники взмыли в воздух, и надежный переход между зданиями разломился точно посередине. Опасаясь обрести вечный покой под завалами, Гелид отбежал в сторону, судорожно дыша и стараясь охватить взглядом то, что происходило вокруг.

126